Привет Оля! Очень рад вернуться к общению и дебатам; с тобой это делать очень приятно, несмотря на мое абсолютное несогласие с твоим взглядом на сегодняшние венесуэльские новости. Поэтому продолжаем:
Оппозиционные Чавесу традиционные партии АД и КОПЕЙ (сегодня в пестрой компании фашистской Примеро Хустисия и рррррреволюционной Бандера Роха), регулярно проигрывают все выборы не из-за ущемления свободы слова или травли чавистской чернью, а просто потому что не пользуются доверием и поддержкой большинства населения. Из этого, конечно, не следует, что большинство всегда право и оправдания диктатур большинств над меньшинствами, просто именно исторический кризис традиционных партий в Венесуэле, их неспособность давать адекватные ответы на потребности общества, потеря к ним всеобщего доверия, открыли путь к власти Чавесу (хотя вначале этой истории и он сам вряд ли предполагал, насколько серьезную кашу удастся заварить).
В отличие от исторических латиноамериканских левых вождей-интеллектуалов наподобие Фиделя Кастро или Сальвадора Альенде – выходцев из весьма привилегированных слоев, Уго Чавес вышел из низов, из отнюдь не интеллектуальной среды военных и «левел» в процессе собственного политического созревания и осуществления его «боливарианского» проекта. Если многие другие уважаемые левые политики боролись «за простой народ» в силу прежде всего этических убеждений и нередко весьма патерналистично, Чавес чувствует себя плотью и кровью этого самого народа… и при этом убежден в возложенной на него исторической миссии, не скрывает этого, но опять же не вижу в этом ничего предосудительного.
Говоря о Майами и любовницах я не имел в виду лично Теодоро Петкоффа (кстати не главной, а один из многих фигур оппозиции, претендующих на лидерство)… по моему мнению Петкоффа занесли в стан оппозиции личные неудовлетворенные амбиции старого партизана, оставшегося у разбитого корыта. То, что вождем венесуэльской революции стал не утонченный интеллектуал Петкофф, а полуобразованный плебей Чавес.
Что же касается народа (с большой или с любой буквы)… у любой власти и любой философии на этот счет собственные мифы, напр. нынешние неолиберальные алхимики уверены, что превратили весь народ в три категории: производителей, потребителей и лишних людей (пенсионеров, инвалидов, индейцев и прочие антирыночные прослойки)… Чавес опирается на социальные слои, прежде безразличные любой политической власти и представляющие большинство венесуэльцев и они это чувствуют и отвечают ему взаимностью.
Оппозиции этот «народ» глубоко безразличен, в чем он сам не раз убеждался. Проводимые правительством экономические и политические реформы впервые за столько веков истории направлены на решение социальных проблем и защиту национальной независимости страны. Принятая несколько лет назад «боливарианская конституция» действительно широко обсуждалась и действительно является огромным шагом вперед в отношении прав человека и демократии. При Чавесе армия и полиция впервые в истории действительно перестали быть репрессивными силами по отношению к собственному населению.
Сравнивать чавизм со сталинизмом – любимое занятие оппозиции, в рядах которой, повторяю, ни одного политзаключенного (не говоря уже о политических убийств и пыток, столь характерных даже для «демократических» режимов региона). Кампании травли против оппозиции (зачастую против оппозиционных журналистов, многие из которых честно отрабатывают деньги своей древней профессии) – скорее естественная реакция низов, чем специально дирижируемая сверху кампания. При этом в последние годы были убиты «неизвестными» десятки чавистов, а в течение нескольких дней неудавшегося переворота от рук ультраправой самодеятельности (называющейся иногда «эскадронами смерти») погибло больше полусотни сторонников правительства. Кстати большинство путчистов попали под амнистию и сейчас на свободе, как не наказан ни один из журналистов и хозяев СМИ, ставших соучастниками преступления. (более подробный материал на русском о перевороте против Чавеса см. на
http://www.tiwy.com/pais/venezuela/revo ... mino.phtml) Мне кажется, степень нетерпимости и насилия с одной стороны и другой просто несопоставимы, но поскольку большая часть элиты и принадлежащей ей прессы относятся только к одной из сторон – по миру распространяются ужасы о венесуэльской диктатуре. При этом в Венесуэле свободно действует множество международных правозащитных организаций, сотрудники некоторых из которых заняты не только защитой прав.
У правительства Венесуэлы и лично у Чавеса есть множество недостатков, просчетов и ошибок, но думаю, это лучшее, что происходило с Венесуэлой в обозримом настоящем и прошлом.