На испанском языке «alto» означает «высокий», а «plano» - «ровный, плоский». Слитые вместе, эти два коротких слова дают название той части мира, о существовании которой большинство из нас никогда не задумывалось. Альтиплано – это жизнь на высоких плоскостях и ровных высотах предгорьев Анд, жизнь над безжизненным пространством самой сухой пустыни, питаемая снегами пиков-шеститысячников и амазонскими дождями, рискнувшими перейти границы Боливии и донести свою влагу до чилийской территории.
Впрочем, когда величины на шкале «у» существенно превышают цифры на шкале «х» и определяют взаимодействие всего живого в этом вертикальном мире, говорить о границах государств и искусственных вертикалях власти кажется абсолютным абсурдом.
Есть нечто особенное там на высоте, какая-то смена координат, пересечение пространств, невероятная мощь и красота природы, не потерявшей свой голос и краски и не подчинившейся человеку. Там есть какая-то почти абсолютная свобода и границы времени расширяются, дыхание становится глубже, а движения медленней, и иногда кажется, что эта природа берет тебя за горло и вытряхивает из футляра наших квартир и городов и чувства собственной важности, и тогда появляется шанс через немного головной боли, страха, головокружения, холода, жары, ветра, усталости и стука собственного сердца испытать в какой-то момент такой пронзительный восторг и счастье, что забыть это невозможно будет никогда.
Горная болезнь на высоте – лишь первая стадия. Настоящая горная болезнь – это хроническое желание возвращаться туда хотя бы раз в году и каждый раз проходить это испытание высотой, красотой и вечностью...
Я люблю альтиплано над Сан-Педро-де-Атакама, но возвращаюсь в другие места – более настоящие, девственные, некоммерческие высокогорные плато бывшего 1-го, а ныне 15-го региона Чили, расположенные в 150 км по оси абсцисс и в 4500 км по оси ординат от города Арики.
В этих местах правят горы, горам подчиняются воды, водам – растения, звери и люди.
Цари-вулканы – близнецы Паячатас (Паринакота и Померапе), дымящийся Гуальятире и примкнувший к ним «крыша Боливии» Сахама, старший брат чилийских вулканов, присматривающий за ними и за нами из-за границы, обеспечивают водой самое высокогорное озеро на земле – Чунгару, образующиеся в результате подземных фильтраций лагуны Котакотани и несколько речек, виляющих по альтиплано и спускающихся затем через пустыню в оазисы Асапа и Льюта.
Помимо видимых глазу вод существуют огромные массы влаги, пропитывающие почву и образующие влажные полузаболоченные участки – бофедали. Эти пространства служат кормушкой для всех обитателей альтиплано: верблюдовых – домашних лам и альпак и диких викуний, гигантских шиншилл вискач, ушастых мышей и массы различных птиц.
Викуньи лакомятся своей любимой пищей.
Андинский гусь – гуальята, от него пошло название вулкана Гуальятире.
Черные ибисы.
Утренние заморозки.
Кажется, что травка на бофедале нежная-нежная, а когда пощупаешь, понимаешь, что ежика гладить приятнее. Зато для местного зверья нет лучше пищи. А гуанако, живущим на 1000 метров ниже этих высот, остается только завидовать и смотреть с грустью в сторону гор.
На Чунгаре обитают разные птички. Например, такие чудные:
Называют их тагуа, а узнать их можно по смешному бегу на огромных лапах и очаровательному хихиканью «у-ха-ха-ху-ху». Но несмотря на кокетливый смех, тагуа прекрасные матери и научились строить гнезда из водорослей, привязывая их растительными канатами к камням на дне озера. Тагуа даст фору любому чилийскому строителю по части отопления дома – нижний слой водорослей гнезда подгнивает и подогревает подстилку для птенцов.
Другие птицы не столь сильны по части строительства, зато преуспевают в добывании пищи.
Нырок бланкильо.
Обратите внимание на цвет клюва этой утки.
А это перуанская чайка, прилетающая с океана воровать птенцов тагуа.
А это синица, которая часто ворует пшеницу и т.д. Совершенно универсальная птица.
В окрестностях Чунгары растет самый высокогорный лес на свете. Выглядит он вот так:
Дело в том, что это растение кеньоа считается не кустарником, а деревом, так что с ботаниками не поспоришь – лес.
Практически вся территория этого региона считается тем или иным заповедником, заказником, памятником природы и т.п. Так, выехав из заповедника Лаука, мы проезжаем заказник Викуньяс и держим курс на памятник природы солончак Сурире.
Зачем ехать 140 км по грунтовой дороге на высоте 4300 м до солончака?
Во-первых, там можно искупаться в горячих серо-водородных источниках, естественных термах Польокере.
Не исключено, что совсем вблизи от вас будут прогуливаться фламинго.
Во-вторых, у домика лесника можно познакомиться с прирученными вискачами и покормить их печеньем.
А в-главных, это просто красиво.
Викуньи принимают соляные ванны.
Местные перепелки.
Еще там можно встретить страусов нанду (кстати, солончак назван Сурире от слова «сури» - страус по-аймарски), лис, птиц, одичавших ослов и диких изначально горных кошек, а если ну очень повезет – увидеть кондора или пуму.
А вот людей наверху мало. В отличие от Перу или Боливии, где альтиплано несоизмеримо больше по площади и важнее для экономики страны, чилийские аймара спускаются с вершин в Арику, Икике, посылают детей учиться в Сантьяго, забывают родной язык. Возвращаются некоторые только в сопровождении туристических групп, рассказывая иностранцам о своих индейских корнях.
Наверху остаются старики, человек по 15 в каждой деревне. Когда видишь, как они проходят в день пешком по 20 км , чтобы перевести животных на другое пастбище или навестить родственников в другой деревне, и задаешь им нескромный вопрос о возрасте, в ответ они улыбаются и кокетливо спрашивают: «А сколько дашь?». И даешь им как максимум лет 60, думая, что может и меньше, ведь такие условия. На что дедушки улыбаются и говорят: «Это детям моим по 60, но они сюда не приезжают, им тяжело, а мне уже 82».
Фотографироваться местные жители не любят, к туристам относятся с удивлением, мол, что они тут интересного нашли, зачем альпак фотографировать?
А как не сфотографировать такое чудо?
Особенно, когда оно само не против и прекрасно позирует.
Это Лоли – самая большая лама альтиплано, выкормленная из бутылочки пожалевшей сиротку аймарской девочкой. Лоли никогда не стригли, на детский подшерсток у него наросла взрослая шерсть и когда хочешь его пощупать, рука входит в эту мягкую массу по самое запястье. Лоли 12 лет и он в прекрасной физической форме, но все его ровесники на альтиплано уже лет как 5 назад были забиты и съедены – мясо ламы и альпаки в тушеном и сушеном виде здесь основная пища.
Лоли живет на пограничном контроле недалеко от границы с Боливией. В отличие от неподкупных чилийских пограничников, Лоли не пропускает никого без взятки в виде печенья. А если проезжающие медлят, то учиняет обыск в машине.
Когда эти территории принадлежали Перу, населения здесь было намного больше. Дело в том, что вдоль нынешней дороги Арика - Ла-Пас пролегал путь для караванов, груженых серебром из боливийского города Потоси, и все окрестные деревни обеспечивали питанием 2- 2,5 тысячи мулов и почти столько же людей.
Во времена колонии в каждой деревне обязательно жили христианские священники, обращавшие аймара в католическую веру. Теперь священников на высоте не осталось, есть только один в городе Путре, иногда по большим праздникам он объезжает окрестные деревни.
Священников нет, а церкви 16-17 вв. до сих пор стоят и белизна их колоколен сливается со снежными вершинами вулканов. Эти церкви объявлены государственными памятниками, но денег на их восстановление после землетрясений 2005 и 2007 гг. государство так и не выделило.
Двери церквей как правило закрыты, раз нет мессы, зачем открывать?
Впрочем, иногда путешественникам везет и в деревне обнаруживается какой-нибудь дядька с ключом от храма.
Хранитель церкви в Гуальятире.
На высоте 4500 м у подножья вулкана Паринакота находится одноименная деревушка. В ее каменной церкви до сих пор сохранилась оригинальная роспись стен.
Приглядитесь к этим картинкам и вы заметите, что в аду на фреске горят одни женщины, Христа распинают солдаты в латах конкистадоров, у архангелов крылья кондора, в роспись включены морды пум, а дева Мария имеет очертания горы – гораздо более серьезного символа для поклонения у аймара.
А этот старый стол привязан за ногу веревкой к стене в наказание за дурные предзнаменования. По местной легенде, раньше этот стол бегал ночами по деревне и стучал ногой в двери к тем, кто в скором времени должен был заболеть или умереть.
Конечно, это не все. Не все фото, не все впечатления, не все места. Альтиплано удивительно тем, что там куда ни посмотришь, везде красиво, и за время поездки шея устает от бесконечных поворотов направо-налево.
Эти места совсем не похожи по ощущениям на идилические пасторали и зеленые леса юга, которые нравятся абсолютно всем. Альтиплано суровее, там тяжелее физически и психологически, там мало комфорта и мало туризма, там не знаешь, чего ожидать от самого себя. Но на вопрос о том, куда поехать в Чили, я не задумываясь отвечаю: «В Арику и далее наверх».
А вот о том, что ждет путешественников по дороге из Арики до альтиплано, читайте здесь.
Поделитесь с нами вашими впечатлениями и фотографиями этого региона на ФОРУМЕ .
